Лукьяненко Сергей - Электронная библиотека почитателей - Текст книги "Не время для драконов (Сергей Лукьяненко и Ник Перумов)" страница №5

Не время для драконов (Сергей Лукьяненко и Ник Перумов)

К списку книг

набирается сил, чтобы раздуть пламя над нашими городами! Птицы улетают на запад раньше срока, стервятники потянулись из восточных пустынь - они ждут поживы. Прирожденные собирают войско!
- В первый ли раз. Ритор? Они уже пробовали. И сразу после великой войны, и семь лет назад. Что осталось от их армий, Ритор? Помнят ли твои ветра предсмертные крики Прирожденных?
Не было в голосе говорящего никаких сомнений. Не было и страха. В пробуждающемся утреннем свете закутанные в темно-оранжевые плащи фигуры застыли мрачными непреклонными изваяниями. Ритор почувствовал безнадежность.
- После войны мы еще были едины, - прошептал он. - А семь лет назад... да разве десяток кораблей это армия? Разведка, проба сил... Мы собрали все доказательства, какие могли. Теперь нужна ваша помощь, Огненные. Ветры многое видят... но только Огонь может сказать, что именно варится в поставленных на него котлах.
- Понятно, - ответили из темноты. - Но рассуди сам, мудрый Ритор, - дважды Прирожденные пытались покончить с нами. Дважды. С разными силами, разными средствами. Оба раза мы справились сами. Но... Нам понятна твоя тревога. Однако - разве не ты сам лишил нас защитника? Никто не скажет, что он - средоточие добра и справедливости, но Прирожденные вздрагивали при одном звуке его имени! Разве не ты пресек этот род?
Ритор опустил голову. Предводитель Огненных сказал правду. Чистую правду. Мельком Ритор успел заметить округлившиеся глаза Таниэля. Бедный мальчик... хотя почему бедный, война на пороге, пришла пора становиться мужчиной.
- Ты пресек этот род... - мягко продолжал собеседник. - Едва ли это можно назвать мудрым решением, не так ли, Ритор?
Было в этих словах нечто, заставившее Ритора вновь насторожиться. И опять - он не смог определить, что же его встревожило. Клан Огня всегда считался союзником... или, по крайней мере, он не считался противником.
Что уже много.
- Ты не смог собрать достаточно сведений, чтобы убедить Большой Сбор, не так ли, мудрый Ритор? И теперь ты просишь, чтобы сыновья Огненных сделали недоступное сынам Ветра? Ты, убивший последнего из рода, чье прозвание зарекся произносить? Навлекший на нас беду?
Упреки били, словно острый водяной кнут. Ритор опустил голову. Да, Таниэль, да. Когда-то я, Ритор, покончил с величайшим проклятием нашего мира. И одновременно - с его величайшей защитой. Так бывает почти всегда, мой мальчик. Ничто не может иметь слишком много силы.
- К чему твои слова. Огненный? - Ритор поднял голову, сжал кулаки. - Сделанного не воротишь.
- Как знать? - загадочно отозвались из темноты. - Как знать, мудрый Ритор... убивший последнего из тех, чье имя проклято?.. Но, значит, ты считаешь, что войны не избежать?
- Да, - твердо ответил Ритор. Он вновь обретал почву под ногами... или воздушный поток под крыльями, как угодно. - Война близка. Она неизбежна. И если кланы вновь не станут едины, как когда-то...
- А что ты хочешь делать с едиными кланами? - последовал ехидный вопрос. - Если Прирожденные и впрямь сойдут с орлиноголовых кораблей, мы объединимся и так. Что же ты хочешь сделать, мудрый Ритор, объединяя нас до того, как начнется война? Ты лишил нас самой надежной защиты... убив Того, чье имя для тебя непроизносимо, убив вопреки мнению многих мудрых - а теперь хочешь, чтобы мы все подчинились тебе? Ты что-то скрываешь, Ритор. Пришло время открытых слов, если ты еще этого не понял. Перестань вилять, подобно весеннему ветру, и отвечай прямо, коль хочешь рассчитывать на нашу помощь.
Клан Огня славился упорством. Трудно было ожидать от них иного.
Ритор вздохнул.
- Ветры несут разные вести. Обрывки заклятий летят через Горячее Море, словно сорванные листья. Прирожденные готовят нечто... нечто ужасное, остановить которое...
- Смог бы только убитый тобой? - резануло из тьмы.
- Да, - глухо признал Ритор. - Да. И поэтому...
- Ты вновь жаждешь всей силы кланов... зачем?
Ритор сжался. И впрямь - пришло время открытых слов.